Следует изучить опыт Никарагуа


Без обращения к насущным чаяниям трудящихся левые не смогут разбить бастионы капитала. Это доказали выборы в Аргентине и Чили, где буржуазия оправилась от поражений. Среди её протеже — поклонники военных диктатур. Иное дело — Никарагуа.

Сомнительные приоритеты

Последние годы были неудачными для неолиберальных проектов в Южной Америке. В Аргентине победили левоцентристский «Всеобщий фронт» и его кандидат Альберто Фернандес. Политика правых погрузила страну в глубокий кризис. Уровень бедности поднялся с 25 до 35 процентов, сотни тысяч людей оказались без работы. Вполне объяснимо, что одобрение новой власти в первые месяцы достигало 80 процентов.

В Чили президенту Себастьяну Пиньере удалось удержаться, однако массовые протесты поколебали режим. Правительство согласилось на реформу Основного Закона, а на выборах в Конституционное собрание потерпело полное поражение. Его сторонникам не удалось получить даже трети мест, дающих право вето. Такой же провал постиг власть на местных выборах. Казалось, прогрессивным силам открыта прямая дорога к руководству страной. Опросы прочили победу Габриэлю Боричу, выдвинутому коалицией «Одобряю достоинство». Её сформировали Компартия Чили (КПЧ) и «Широкий фронт».

Но потенциал оказался зыбким. Правобуржуазные силы мобилизовали финансовые, политические, информационные ресурсы и отыграли потери. Начнём с Аргентины. Между инаугурацией Фернандеса и первыми случаями коронавируса прошло меньше трёх месяцев, так что властям пришлось вступать в борьбу буквально с колёс. Были приняты жёсткие меры, что поначалу сдерживало инфекцию. Однако истощённый бюджет не позволил долго поддерживать карантин, выплачивая пособия, и вскоре ограничения стали ослабевать. Аргентина вошла в первую десятку стран мира по числу заражений, уровень смертности на континенте выше только в Перу и Бразилии.

Не лучше дела в экономике. Годовая инфляция составляет 52 процента, «съедая» рост зарплат. Уровень бедности превышает 40 процентов, каждый десятый житель страдает от недоедания.

Подлую роль сыграл Международный валютный фонд. В 2018 году он выделил правому кабинету невиданный дотоле кредит размером 57 млрд долл. Соглашение подписали в обход парламента и с нарушением собственных правил МВФ, запрещающих кредитование стран с высоким оттоком капитала. Теперь фонд отказывается реструктурировать долг, что огромным грузом ложится на экономику. На сессии Генассамблеи ООН Фернандес заявил о «долгоциде», с помощью которого финансовые институты ставят на колени государства и лишают будущего целые поколения. Но обращение было тщетным.

В то же время власти не осмелились посягать на крупный бизнес. Налоговая реформа оказалась половинчатой и не принесла нужных доходов. В столице перестало работать большинство бесплатных столовых. Всё это привело к поражению «Всеобщего фронта» на предварительных выборах и конфликту внутри правящих сил. Вице-президент Кристина Киршнер заявила, что правительство не замечает самых бедных. В отставку ушли главы ключевых ведомств, включая МВД, министерств юстиции и экономики. Разорвать с неолиберализмом призвала входящая во «Всеобщий фронт» Компартия Аргентины.

В последующие два месяца правительство приняло ряд назревших мер. Было объявлено о заморозке цен на лекарства и продукты питания. Вдвое, до 10 тыс. песо (7300 руб.), увеличено пособие на ребёнка. Однако решения запоздали, да и не все они вступили в силу. Так, бизнес саботировал заморозку цен, пойдя на уменьшение веса товара.

На фоне кризиса начались протесты. Участники демонстраций в Буэнос-Айресе потребовали снижения бедности и создания рабочих мест. В течение двух дней протестовали крестьяне, разбившие палатки у здания парламента. 40 процентов пахотных земель страны принадлежит 1200 владельцам, а сотни тысяч фермеров довольствуются крохотными участками, да ещё и страдают от высокой арендной платы и растущих цен. При этом именно мелкие крестьяне наполняют внутренний рынок, поскольку латифундисты нацелены на экспорт.

Власти проигнорировали выступления трудящихся, зато Фернандес присоединился к гей-параду в столице. Власти обещают выполнить прозвучавшие требования, среди которых репарации пожилым представителям меньшинств «за дискриминацию» и социальная защита секс-работников.

Непоследовательность характерна и для внешней политики. Аргентина поддержала нападки на Никарагуа и проголосовала за резолюцию Организации американских государств, расценившей прошедшие там выборы как «нелегитимные». По запросу Колумбии арестован Факундо Шенфельд, которого Богота обвиняет в связях с партизанами.

Отношение к политике правительства показали выборы 14 ноября. На них избиралась половина нижней и треть верхней палаты парламента. Победителем стал оппозиционный альянс «Вместе за перемены», получивший 42 процента голосов. У «Всеобщего фронта» на 9 процентов меньше. Он потерял несколько мест в нижней палате, где у власти уже не было большинства, а также лишился контроля над сенатом.

Третье место у крайне правой коалиции «Вперёд, свобода!». Её лидер Хавьер Милей восхищается Маргарет Тэтчер, выступает против вмешательства в дела бизнеса — вплоть до ликвидации всех налогов — и призывает разорвать отношения с Китаем. «Мы никогда не пойдём против свободы и частной собственности! Никаких сделок с коммунистами!» — провозглашает он. «Номер два» в списке коалиции — Виктория Вильярруэль известна оправданием военной диктатуры 1976—1983 годов и обещанием «похоронить всех левых». Характерны репортажи с митингов ультраправых: «Вот молодой человек, одетый, как и многие другие, в чёрную рубашку. На его полубритой голове вытатуировано слово «Дисциплина». «Не сомневайтесь, с Милеем в парламенте политическая каста начнёт дрожать. Будем чистить систему!» — говорит он».

Разочаровавшись в традиционных политиках, люди покупаются на хлёсткие лозунги проходимцев. Если власти не пересмотрят приоритеты, их ждёт окончательный провал.

Гендер вместо класса

Аналогичный манёвр капитал осуществил в Чили. А ведь крах правого режима, казалось, был бесповоротным! Вдобавок ко всем прошлым грехам Пиньера оказался замешан в офшорных аферах. Нижняя палата парламента инициировала процедуру импичмента. И хотя в сенате эта идея не набрала необходимого большинства, рейтинг правительства рухнул ещё ниже.

Обостряется обстановка на юге. В ответ на протесты индейцев-мапуче Пиньера ввёл режим чрезвычайного положения и отправил в регион войска. Теперь оттуда постоянно приходят сообщения о жертвах. Армия и полиция действуют в союзе с крупными землевладельцами и лесопромышленниками, захватывающими земли коренных народов. В Сантьяго разогнан марш в поддержку индейцев. От прямого попадания снаряда со слезоточивым газом погибла активистка Денисс Кортес.

Всё большее недовольство вызывает неолиберальная политика. Забастовку провели работники золотого рудника Саларес Норте, готовятся выступления врачей. Власти сокращают бюджетные расходы, из-за чего будут уволены тысячи медработников, число коек интенсивной терапии сократится вдвое. Это объясняет, почему выдвинутый правящим альянсом Себастьян Сихель занял на выборах лишь четвёртое место.

Однако и левые не воспользовались провалами власти. К концу октября Борича в опросах потеснил Хосе Антонио Каст. Фигура этого лидера Республиканской партии поистине колоритна. Его отец был лейтенантом вермахта, воевавшим на Восточном фронте, а после 1945 года бежал в Чили, где стал владельцем ресторанов. Старший сын бывшего гитлеровца — экономист Мигель Каст — был в числе печально известных «чикагских мальчиков» и при диктатуре Пиночета возглавлял Центробанк.

Кандидат в президенты пошёл по стопам родичей. «Если бы Пиночет был жив, он проголосовал бы за меня», — говорит он. По словам Каста, военная хунта не была диктатурой. Именно власть Пиночета, добавляет он, позволила Чили стать развитой страной.

Предвыборная программа соединила популистские и неолиберальные лозунги. Каст обещает вырыть рвы, чтобы не допускать нелегальных мигрантов, и учредить специальный орган для их отлова. Критика «гендерной политики» и абортов сопровождается призывами вернуть церковь в систему образования. Как и все ультраправые, Каст ненавидит коммунизм, приветствуя протесты на Кубе и называя «наркодиктатурой» правительство Венесуэлы. Даже ООН в понимании политика является «инструментом левых», Каст обещает вывести Чили из совета по правам человека. Одновременно он выступает за доминирование частного сектора и привлечение иностранного капитала. «Нас объединяет чувство родины, свободы и частной собственности. Мы не дадим левым разрушить страну!» — заявляет Каст.

Правящий класс увидел в нём спасательный круг. Правые СМИ разжигают антииммигрантскую истерику. Ведущее консервативное издание — газета «Эль Меркурио» — разместила серию сочувственных статей о Геринге и других нацистских преступниках. Предпочтение Касту отдал глобальный капитал. Финансовый холдинг «Джей Пи Морган» заявил, что победа левых «ухудшит фундаментальные показатели Чили».

На фоне напористой кампании ультраправых Борич выглядел бледно. С одной стороны, в его 220-страничной программе немало здравых мыслей. Они касаются перехода к государственному здравоохранению и пенсионному обеспечению, повышения налогов для корпораций, расширения прав трудящихся. С другой — налицо расплывчатость идей. Так, Борич пообещал комплектовать половину советов директоров крупных компаний из работников, однако его экономические советники тут же успокоили бизнес, заявив, что норма будет гибкой, а полномочия введённых в советы сотрудников ограничат. В целом Борич предпочитает говорить на темы, обозначенные как «стержневые для будущего правительства». Среди них феминизм, признание «сексуального разнообразия» и экология, включая полный отказ от ископаемого топлива. Также кандидат выступил за «всестороннее половое просвещение». Понятно, что мобилизовать всех недовольных эти идеи не могли.

Свою роль сыграл скандал вокруг выборов в Никарагуа. Компартия назвала их демократичными, Борич же потребовал от коммунистов отозвать заявление. «Никарагуа нужна демократия, а не фальсифицированные выборы», — сообщил он. Аналогичные нападки допускаются им в адрес Кубы и Венесуэлы.

Как результат, с 28 процентами лидирует Каст. У Борича — 26 процентов. 19 декабря они встретятся во втором туре. На выборах в парламент правые и левые имеют практически одинаковый результат. КПЧ увеличила представительство с 8 до 12 депутатов в нижней палате и впервые за полвека провела двух сенаторов. О завершении неолиберального проекта, таким образом, говорить рано. Чили ждут новые битвы, требующие от левых последовательности и твёрдости.

Прогрессивным силам следует изучить опыт Никарагуа. Там свой пост сохранил президент Даниэль Ортега, уверенного большинства в парламенте добился Сандинистский фронт национального освобождения (СФНО). Выборы 7 ноября были состязательными — действующему президенту противостояли пять оппозиционеров — и открытыми, что подтверждает приезд 255 зарубежных наблюдателей.

Победа Ортеги была ожидаемой, но не из-за фальсификаций, а благодаря достигнутым успехам. После возвращения СФНО к власти уровень бедности снизился с 48 до 24 процентов. Доля обеспеченных электричеством населённых пунктов выросла с 54 до 99 процентов, вдвое увеличилась протяжённость дорог с твёрдым покрытием. С 24 до 4 процентов упала доля не охваченных образованием детей, построены десятки больниц и 1,3 тыс. медпунктов. Свыше 450 тыс. семей получили земельные участки, создано 6 тыс. сельхозкооперативов, что позволило добиться самообеспечения продовольствием.

В 2018 году была предпринята попытка переворота. Ставку сделали на насилие — группы молодчиков убивали членов и сторонников СФНО, сжигали фабрики, школы и больницы. Погромщиков открыто поддержали западные дипломаты и фонды. После восстановления порядка власти ограничили деятельность зарубежных НКО, запретив им финансировать партии. Из-за нарушения этих норм ряд лиц не допустили к выборам, что дало повод обвинить Никарагуа. США, Канада и Евросоюз ввели новые санкции и грозятся «помочь стране в возвращении к демократии». Несмотря на давление, страна успешно решает

Сергей Кожемякин


Вы можете обсудить этот материал на наших страницах в социальных сетях