К 140-летию со дня рождения И.В.Сталина. ФРОНТОВАЯ АКАДЕМИЯ

К 140-летию со дня рождения И.В.Сталина. ФРОНТОВАЯ АКАДЕМИЯ


Для Советской власти 1918 год стал годом тяжелых испытаний.

Подписание Брестского мира в марте 1918 года позволило ценой огромных территориальных потерь остановить продвижение войск Германии и Австро-Венгрии на восток России. Однако в начале марта войска Антанты высадились в Мурманске. Вскоре началась интервенция японских войск во Владивостоке. 25 мая вспыхнул мятеж чехословацкого корпуса, в ходе которого белочехами были захвачены крупные города Сибири и Урала. Тщательно подготовленное выступление хорошо вооруженного корпуса превратило Гражданскую войну, которая фактически уже началась с белогвардейских мятежей на Дону и Кубани, в полномасштабную.

Вскоре Советское правительство, переехавшее в марте 1918 года из Петрограда в Москву, утратило контроль над огромными территориями России. Хозяйственные трудности, которые нарастали в течение Первой мировой войны, еще более усугубились. К концу лета 1918 года из 9774 предприятий 33 губерний РСФСР 3686 бездействовало. Сокращение промышленного производства привело к резкому уменьшению поступления в села городских товаров, что в свою очередь разрушало сельскохозяйственное производство. С ноября 1917 года по 1 августа 1918 года продовольственными организациями в 26 губерниях Республики была заготовлена лишь одна десятая часть необходимого хлеба. Еще ниже был уровень заготовок картофеля. Снабжение мясом и жирами было незначительным. Нехватка продуктов усугублялась спекуляцией: на каждый пуд хлеба, заготовленный продорганами Республики, приходился целый пуд, продававшийся по бешеным ценам мешочниками. Спасать городское население центральной части России от голода было поручено Сталину. 29 мая 1918 года Совнарком, не снимая со Сталина всех его прежних обязанностей, назначил его руководителем продовольственного дела на юге России, облеченным чрезвычайными полномочиями.

На Царицынском фронте

4 июня 1918 года Сталин выехал из Москвы в Царицын, главный транспортный узел, откуда шло продовольствие в Центральную Россию с Северного Кавказа. Сталин ехал в бронепоезде вместе с Надеждой Аллилуевой, с которой он вступил в брак в начале 1918 года. Надежда исполняла обязанности секретаря Сталина.

Прибыв в Царицын 6 июня, Сталин в тот же день отменил свободную продажу хлеба, установленную местными Советами, и ввел карточную систему и твердые цены. В то время как местные власти не направляли хлеб в центр России, ссылаясь на отсутствие паровозов, комиссары Сталина их обнаружили и снабжение центральной России хлебом стало налаживаться.

Однако на Царицын двигались войска под командованием белого генерала Краснова. Объясняя значение Царицына, Сталин писал: «План врагов Советской России – оторвать от нее наиболее богатые хлебные районы и заставить ее сдаться без боя... Богатства юга России (хлеб, нефть, уголь, скот, рыба) сами по себе распаляют алчные аппетиты хищников империализма, старающихся оторвать от России этот важный уголок... Взятие Царицына и перерыв сообщения с югом обеспечило бы достижение всех задач противников: оно соединило бы донских контрреволюционеров с казачьими верхами астраханского и уральского войск, создав единый фронт контрреволюции от Дона до чехословаков; оно закрепило бы за контрреволюционерами, внутренними и внешними, юг и Каспий; оно оставило бы в беспомощном состоянии войска Северного Кавказа».

Поэтому с первых дней после приезда в Царицын Сталину пришлось заняться военными делами и принимать участие в заседаниях и совещаниях руководителей красных войск. Ф. Раскольников вспоминал: «Сталин был в Царицыне всем: уполномоченным ЦК, членом Реввоенсовета, руководителем партийной и советской работы». В то же время, как подчеркивал Раскольников, «все вопросы он, как всегда, решал коллегиально, в тесном контакте в местными учреждениями, что импонировало им и еще больше усиливало его непререкаемый авторитет». «Я был поражен, – писал Раскольников, – когда оказалось, что Сталин знает всё: и перипетии новороссийской борьбы между сторонниками и противниками потопления флота, и сопротивление руководителей Кубано-Черноморской Республики, и категорические приказы московского центра».

Трудным оказалось наладить взаимодействие командующих красных войск, привыкших к стилю партизанской войны. Судя по воспоминаниям С.М. Буденного, руководитель обороны Царицына С.К. Минин «недружелюбно относился ко всем пришлым, не царицынским», включая отряды из 5-й Украинской армии, пробившиеся в начале июля из Донбасса к Волге. Их возглавлял К.Е. Ворошилов. В то же время Ворошилов активно выступал против предоставления военспецам командных должностей. Сталину пришлось налаживать сотрудничество Ворошилова, Минина и других «красных командиров» с квалифицированными военными специалистами, которых возглавлял бывший генерал-лейтенант царской армии А.Е. Снесарев.

Сталин сумел создать из этих людей, имевших внутреннюю предубежденность в отношении друг друга, рабочую группу, которая подготовила оборону Царицына и превратила отдельные красные отряды в боеспособную армию. 23 июня А.Е. Снесарев как военный руководитель Северо-Кавказского военного округа подписал приказ: «Все оставшиеся части бывших 3-й и 5-й армий, части бывшей армии Царицынского фронта и части, сформированные из населения Морозовского и Донецкого округов, объединить в одну группу, командующим назначается бывший командующий 5-й армии т. Климент Ефремович Ворошилов». Приказ был утвержден Сталиным. 22 июля в Царицыне был создан Военный совет Северо-Кавказского военного округа под председательством Сталина. Членами Военного совета стали К.Е. Ворошилов и С.К. Минин.

Сталину, по словам С.М. Буденного, «пришлось провести коренную перестройку работы не только гражданских, но и военных учреждений и фактически возглавить оборону города». 24 июля в Царицыне была проведена мобилизация городского населения для строительства оборонных укреплений, были созданы рабочие отряды для охраны города и были приняты другие меры для укрепления дисциплины и наведения порядка.

Сталин обратил особое внимание на продовольственное обеспечение армии. Он сообщал корреспонденту газеты «Известия»: «В настоящее время ежедневный паек красноармейца состоит из 2 фунтов хлеба, мяса, картофеля и капусты».

Одновременно Сталин продолжал заниматься вопросами продовольственного снабжения Центральной России, ради решения которых он прибыл в Царицын. Он рапортовал Ленину: «Взятие Калача дало нам несколько десятков тысяч пудов хлеба... Уборка хлеба, плохо ли, хорошо ли, все же идет. Надеюсь в ближайшие дни добыть несколько десятков тысяч пудов хлеба и также отправить Вам».

Всесторонняя подготовка армии и тыла Царицынского фронта принесла свои плоды. В ходе своего наступления, начатого в конце июля, армии генерала Краснова подошли к Царицыну. 18–20 августа развернулись бои на ближних подступах к городу. На 18 августа был назначен мятеж под руководством военного специалиста Носовича, присланного из Москвы по распоряжению председателя Реввоенсовета Республики Л.Д. Троцкого. Однако заговор был своевременно раскрыт и заговорщики арестованы. В ходе этих боев части Краснова были разбиты и в начале сентября отброшены за Дон. Первая победа была отмечена парадом красных частей в Царицыне 10 сентября.

Второе наступление Донской армии Краснова началось в конце сентября. В эти дни от Сталина, который держал под контролем все нити управления, требовалось максимальное внимание к боевым действиям, но его постоянно отвлекали интриги, исходившие от Реввоенсовета Республики. Его председатель Троцкий потребовал 3 октября реорганизовать руководство Царицынским фронтом, приказав Сталину и Минину образовать Революционный совет Южного фронта и поместить его штаб в Козлове. Приказ Троцкого завершался суровыми словами: «Неисполнение в течение 24 часов этого предписания заставит меня принять суровые меры». Сталин и Ворошилов тут же опротестовали этот приказ обращением к Ленину. Сталину пришлось выехать в Москву для разрешения конфликта, который кончился компромиссом: был создан новый Реввоенсовет Южного фронта, Ворошилов был утвержден как командующий 10-й армией, а Сталин был включен в состав Реввоенсовета Республики.

Сталин вернулся в Царицын, когда части генерала Мамонтова вышли к Царицыну и через пять дней оказались в нескольких километрах от города. Руководство Царицынского фронта приняло решение сосредоточить чуть ли не всю артиллерию на наиболее угрожаемом участке, что и решило исход сражения. 16–17 октября в тяжелых боях белые понесли серьезные потери, начали отступать и 25 октября вновь отошли за Дон.

Через два месяца, 1 января 1919 года, белые начали третье наступление на Царицын. Однако после полутора месяцев тяжелых боев 10-я армия еще раз отбила белых. Планы белых армии Юга и Востока России соединиться вновь были опрокинуты. Царицын удалось отстоять, а белогвардейские планы окружения Республики Советов были сорваны.

От Вятки до Петрограда

30 ноября 1918 года Сталин был назначен заместителем председателя только что созданного Совета рабочей и крестьянской обороны (председателем был назначен Ленин). Новый орган управления стал главным военно-хозяйственным и планирующим центром Республики во время Гражданской войны, и деятельность Реввоенсовета во главе с Троцким и других военных органов была поставлена под его контроль. Сталин принял самое активное участие в работе вновь созданного Совета. В начале декабря 1918 года он проводит несколько заседаний Совета, посвященных вопросам упорядочения железнодорожного транспорта, и выступает на них с докладами. В конце декабря 1918 года Сталин выступает с докладом о положении в прифронтовой полосе.

Обстановка на фронтах Республики постоянно требовала напряженного внимания, а порой и принятия чрезвычайных мер. В конце 1918 года на Восточном фронте началось наступление армий Колчака, которые 25 декабря заняли Пермь. Возникла угроза прорыва белых армий в центральные районы России с востока. 1 января 1919 года решением ЦК и Совета обороны была создана партийно-следственная комиссия в составе И.В. Сталина и Ф.Э. Дзержинского для выяснения причин сдачи Перми. 5 января Сталин и Дзержинский прибыли в Вятку, а затем в Глазов.

Постоянно перемещаясь между этими городами, они пробыли на северном участке Восточного фронта почти месяц, прежде чем вернулись в Москву и представили отчет Ленину. Отчет содержал глубокий анализ причин поражений Красной Армии и перечень мер, которые позволили бы предотвратить их в дальнейшем.

Из событий, случившихся в Перми, Сталин и Дзержинский сделали выводы, выходящие за пределы этого участка Восточного фронта. Они обратили внимание на неприменимость организационного построения армии, исходившего из позиционной войны. Они требовали «отказаться от формирования больших, громоздких единиц (дивизий), не пригодных для условий Гражданской войны, объявив предельной единицей бригаду». В то же время, отвергая «партизанщину», они подчеркивали: «Необходимо установить на фронтах... режим строгой централизации действий отдельных армий вокруг осуществления определенной, серьезно обдуманной стратегической директивы».

Критике подверглась и деятельность Реввоенсовета Республики. Сталин и Дзержинский утверждали, что одной из причин «пермской катастрофы» является политика Реввоенсовета, который расстраивал «своими так называемыми директивами и приказами дело управления фронтом и армиями».

Рекомендации Сталина и Дзержинского предусматривали не только организационные меры и кадровые перемещения, но и перемены в социальной политике Советского правительства. Они отмечали, что «революционный декрет о чрезвычайном налоге... превратился в опаснейшее оружие в руках кулаков для сплочения деревни против Советской власти», стал «одной из главных причин, если не единственно главной, контрреволюционизирования деревни».

Выводы Сталина и Дзержинского предвосхищали решения состоявшегося вскоре VIII съезда партии. На нем, с одной стороны, была осуждена «военная оппозиция» и ее приверженность к «партизанщине». С другой стороны, на съезде острой критике была подвергнута политика руководства Реввоенсовета Республики. Главное же, на съезде был взят курс на союз с крестьянами-середняками».

Предложения, которые выдвинули Сталин и Дзержинский в ходе анализа пермской катастрофы, легли, в частности, в основу проекта декрета о реорганизации Государственного контроля, с которым Сталин выступил 3 апреля 1919 года на заседании Совнаркома. За несколько дней до этого, 30 марта 1919 года, Постановлением ВЦИК Сталин был утвержден народным комиссаром Государственного контроля, продолжая руководить наркоматом по национальностям и выполняя другие многочисленные обязанности в Советском правительстве.

Внимательно изучив работу наркомата, Сталин реорганизовал его структуру, уменьшив число отделов с 25 до 11. При этом руководство военно-морского отдела он взял на себя лично. 30 апреля Сталин подписал извещение «Всем гражданам Советской Республики» о создании бюро жалоб и заявлений при Народном комиссариате государственного контроля. 5 мая он уже представил первые плоды своей деятельности Совету обороны, выступив с докладом об итогах ревизии советских учреждений. Так, в разгар разрушительной Гражданской войны Сталин предпринимал попытки навести порядок на фронтах и в тылу Советской России.

Вскоре новое обострение военной обстановки потребовало отзыва Сталина из Москвы на фронт. К весне 1919 года 8500 километров фронтов Республики защищали 381,5 тысячи бойцов Красной Армии, имевших на вооружении 6561 пулемет и 1697 артиллерийских орудий. Столь малочисленные и слабые силы не позволяли обеспечить эффективную оборону на большей части огромной линии фронта, а поэтому практически на любом его участке противник, сосредоточив даже сравнительно небольшие силы, мог добиться успешного прорыва вглубь советской территории. 13 мая 1919 года генерал Н.Н. Юденич, командовавший Северным корпусом (6 тыс. штыков и сабель), при поддержке   1-й эстонской дивизии (6 тыс. штыков) и английской эскадры под командованием адмирала Коуэна, начал наступление на Нарву. Одновременно на Гдов начал наступление отряд Булак-Булаховича, а западнее Пскова наступала 2-я эстонская дивизия. На петрозаводско-олонецком направлении активизировались белые отряды, в которых, помимо бывших царских офицеров, сражались финны, англичане, канадцы, сербы, поляки.

Этим силам противостояла 7-я армия красных (15,5 тыс. штыков и сабель), фронт которой был растянут от Онежского до Чудского озера. Не удивительно, что белые части без труда смогли прорвать оборону Красной Армии, овладеть в мае Ямбургом, Гдовом, Псковом и приблизиться к Петрограду. Руководитель Петроградской партийной организации Г.Е. Зиновьев поспешил отдать приказ об эвакуации Петрограда. 17 мая ЦК партии и Совет обороны приняли решение направить Сталина на Петроградский фронт. Сразу же по прибытии в Петроград 19 мая Сталин провел совещание с Главкомом, командующим Западным фронтом и командующим 7-й армией по вопросу о положении на фронте.

По распоряжению Сталина в Петрограде 19 мая 1919 года была проведена мобилизация трудящихся в возрасте от 18 до 40 лет, в ходе которой в армию было зачислено 13 тысяч человек. Одновременно Сталин обратил внимание на необходимость укрепить Балтийский флот. В своем послании Ленину от 25 мая Сталин отверг предложение Главнокомандующего Республики И.И. Вацетиса о сокращении флота и утверждал, что военно-морские суда обладают способностью защищать Петроград. Как всегда, Сталин подтверждал свои выводы вескими аргументами и цифровыми данными.

В беседе с корреспондентом «Правды» Сталин утверждал, что Юденич не найдет людских резервов для пополнения солдатского состава своей армии в занимаемых им областях, но он рассчитывает на «продажную часть русского офицерства, забывшую Россию, потерявшую честь и готовую перекинуться на сторону врагов рабоче-крестьянской России», «обиженных петроградским пролетариатом бывших людей, буржуа и помещиков», «проживавшие в Питере так называемые посольства буржуазных государств (французское, швейцарское, греческое, итальянское, голландское, датское, румынское и др.), занимавшиеся финансированием белогвардейцев и шпионажем в пользу Юденича и англо-франко-финно-эстонской буржуазии».

О том, что организаторы наступления белых рассчитывали на своих союзников в тылу Красной Армии, свидетельствовал мятеж, вспыхнувший на фортах Красная Горка и Серая Лошадь 13 июня. Возможно, что аналогичные события могли произойти и в других местах, но подобные выступления были сорваны арестами в Петрограде сотрудников бывших посольств и членов белогвардейской подпольной организации «Национальный центр».

Сталин решил возложить на флот решение задачи по разгрому мятежников. По его приказу 13 июня в море вышли корабли Балтийского флота. Одновременно в Ораниенбауме была сформирована Береговая группа войск, ядро которой составили отряды моряков. 14 июня Сталин прибыл в Ораниенбаум и провел совещание морского и сухопутного командных составов, на котором был принят план захвата форта Красная Горка одновременным ударом с моря и суши. 15 июня наступление на мятежный форт началось. В ночь с 15 на 16 июня форт Красная Горка был взят, а через несколько часов пал и форт Серая Лошадь. Расчет Сталина на боеспособность флота и моряков оказался верным.

В письме Ленину Сталин с удовлетворением отмечал, что в споре с военно-морскими спецами относительно использования флота для штурма сухопутных крепостей он оказался прав: «Морские специалисты уверяют, что взятие Красной Армии с моря опрокидывает морскую науку. Мне остается лишь оплакивать так называемую науку. Быстрое вмешательство со стороны моей и вообще штатских в оперативные дела, доходивших до отмены приказов по морю и суше и навязывания своих собственных. Считаю своим долгом заявить, что я и впредь буду действовать таким образом, несмотря на все мое благоговение перед наукой». Как и рассчитывал Сталин, флот выдержал также неоднократные бои с английской эскадрой.

Успехи были достигнуты и сухопутными частями Красной Армии, которые 21 июня перешли в контрнаступление и вскоре отбросили Северо-Западную армию Юденича от Петрограда. Одновременно было развернуто наступление на войска белофиннов в районе Онежского озера и 28 июня части Красной Армии овладели Видлицей – военной базой у границ Финляндии. Угроза падения Петрограда была предотвращена. 3 июля Сталин вернулся в Москву.

Разгром армий Деникина

Однако Сталин недолго находился в Москве. 9 июля он был направлен на Западный фронт, где также сложилось положение, угрожавшее Республике. Еще в апреле 1919 года польские войска начали захватывать земли, населенные украинцами, белорусами и литовцами. В ходе своего наступления Польша овладела значительной частью территории созданной в феврале Литовско-Белорусской Советской Социалистической Республики (Литбел). 21 апреля 1919 года поляки взяли Вильно (Вильнюс) – столицу Литбела, и правительство Советской республики эвакуировалось в Минск. В своих посланиях Ленину Сталин сообщал о плачевном состоянии Западного фронта, заявляя, что он «представляет собой лоскутный двор, который невозможно починить без готовых резервов, и что достаточно одного серьезного удара противника в одном из важных пунктов, чтобы весь фронт зашатался, вернее – пошатнулся». Опасения Сталина подтвердились. 8 августа поляки взяли Минск, и их наступление было продолжено.

Войска Красной Армии отступали. Лишь достигнув Березины, они смогли закрепиться на левом берегу реки и создать устойчивую оборону. К тому же натиск поляков ослаб. Возможно, что осенью 1919 года в условиях быстрого продвижения белых армий Деникина к Москве польское правительство уже не считало Советское правительство своей главной угрозой, а помогать восстанавливать «великую, единую и неделимую Россию» ни под белым, ни под красным знаменем у него не было желания. В начале сентября Сталин покинул Западный фронт, и уже 26 сентября ЦК принял решение направить его на Южный фронт.

К тому времени на Южном фронте сложилась самая острая угроза для Советской республики за все время Гражданской войны. Еще в мае 1919 года началось наступление белых армий под командованием А.И. Деникина. Хотя их численность была невелика (около 100 тыс. чел.), им противостояли еще меньшие (60 тыс. чел.) и слабые в качественном отношении силы красных. Развернув наступление на фронте от Волги до Днепра 30 июня, белые взяли в один день Царицын и Екатеринослав. 1 июля Троцкий, находившийся на Южном фронте, писал в телеграмме Ленину: «Ни агитация, ни репрессии не могут сделать боеспособной босую, раздетую, голодную, вшивую армию». Он вернулся в Москву и подал в отставку со всех своих постов. Правда, Ленин и остальные члены Советского руководства уговорили Троцкого вернуться к исполнению своих обязанностей, но председатель Реввоенсовета явно не мог придумать, как остановить наступление белых.

В ходе своего наступления на север войска Деникина активно прибегали к действиям крупных конных соединений численностью от 9 до 17 тысяч, которые могли быстро перемещаться и неожиданно выходить в тыл советских войск. Рейды Мамонтова в тылу красных наносили им огромный урон. 20 сентября Добровольческая армия взяла Курск. 6 октября белые взяли Воронеж, а 13 октября – Орел. Одновременно в конце сентября возобновилось наступление Северо-Западной армии Юденича, которая 16 октября взяла Гатчину, а 19 октября – Царское Село, выйдя к окраинам Петрограда. Казалось, что белые находились в нескольких днях до вступления в Москву и Петроград, а стало быть – и вблизи победы в войне.

В это время по примеру белых армий в Красной Армии стали возникать крупные кавалерийские соединения, созданию которых долгое время препятствовал председатель Реввоенсовета Л.Д. Троцкий. Как свидетельствовал в своих воспоминаниях С.М. Буденный, в ответ на его аргументы в пользу создания крупных соединений кавалерии Троцкий заявил: «Товарищ Буденный! Отдаете ли вы отчет в своих словах? Вы не понимаете природы кавалерии. Это же аристократический род войск, которым командовали князья, графы и бароны. И незачем нам с мужицким лаптем соваться в калашный ряд». Посетив конный корпус Буденного, Троцкий назвал это соединение «бандой», а их командира «современным Степаном Разиным». Сталин же способствовал превращению корпуса Буденного в армию. Создание конных армий намного усилило боеспособность Красной Армии.

Реализации преимуществ Красной Армии способствовали и верные военно-стратегические решения. 3 октября 1919 года Сталин прибыл в село Сергиевское, где размещался штаб Южного фронта, а 9 октября он подписал директиву Реввоенсовета Южного фронта о создании ударной группы войск для действий против деникинских армий под Орлом. Одновременно Сталин разработал стратегический план наступления на армии Деникина. В своем письме Ленину Сталин изложил суть этого плана.

Сталин настаивал на том, чтобы «изменить уже отмененный практикой старый план, заменив его планом основного удара из района Воронежа через Харьков – Донецкий бассейн на Ростов. Во-первых, здесь мы будем иметь среду не враждебную, наоборот, – симпатизирующую нам, что облегчит нам продвижение. Во-вторых, мы получаем важнейшую железнодорожную сеть (донецкую) и основную артерию, питающую армию Деникина, – линию Воронеж–Ростов (без этой линии казачье войско лишается на зиму снабжения, ибо река Дон, по которой снабжается Донская армия, замерзнет, а Восточно-Донецкая дорога Лихая–Царицын будет отрезана). В-третьих, этим продвижением мы рассекаем армию Деникина на две части, из коих добровольческую оставляем на съедение Махно, а казачьи армии ставим под угрозу захода им в тыл. В-четвертых, мы получаем возможность поссорить казаков с Деникиным, который (Деникин) в случае нашего успешного продвижения постарается передвинуть казачьи части на запад, на что большинство казаков не пойдет, если, конечно, к тому времени поставим перед казаками вопрос о мире, о переговорах насчет мира и пр. В-пятых, мы получаем уголь, а Деникин остается без угля».

Начавшееся наступление Красной Армии развивалось в основном в направлении, обозначенном в письме Сталина. 14 октября Красная Армия перешла в наступление под Орлом, и 20 октября город был взят. 24 октября корпус Буденного взял Воронеж. Этот успех во многом предопределил ход дальнейших событий.

19 ноября конный корпус Буденного был преобразован в Первую конную армию. Новые успехи конных формирований Красной Армии в ходе Воронежско-Касторненской и Орловско-Кромской операций позволили красным частям развернуть наступление и погнать белую армию на юг, к Азовскому и Черному морям. Советское государство высоко оценило заслуги Сталина в победах Красной Армии в Гражданской войне. 27 ноября 1919 года Президиум ВЦИК вынес постановление о награждении И.В. Сталина орденом Боевого Красного Знамени в ознаменование его заслуг по обороне Петрограда и организации наступления Южного фронта.

Война против панской Польши и войск Врангеля

Сталин продолжал находиться в расположении штаба Южного фронта (с 10 января переименованного в Юго-Западный). Через три дня после взятия, 10 января 1920 года, Ростова Сталин подготовил директиву о преследовании белых армий, отходивших к портам Черного моря. Не прекращая участвовать в подготовке операций Юго-Западного фронта, Сталин с 20 января 1920 года по решению Совнаркома включился в деятельность вновь созданного Украинского совета трудовой армии (он стал председателем этого Совета), в состав которой вошли части Юго-Западного фронта. Армия занималась добычей угля. В конце марта – начале апреля 1920 года Сталин участвовал в работе IХ съезда РКП(б), а в середине апреля он сделал доклад на заседании Совета труда и обороны (бывший Совет рабочей и крестьянской обороны) о положении угольной промышленности Донбасса. Однако занятия мирными хозяйственными делами были вновь прерваны возобновлением военных действий на западе страны. 25 апреля 1920 года войска Польши совместно с вооруженными силами Петлюры начали наступление на Украину.

Польская армия была сравнительно многочисленной (около 200 тыс. чел.) и хорошо вооруженной с помощью стран Запада. Только Франция предоставила Польше 1494 орудия, 350 самолетов, 2800 пулеметов, 327 тысяч винтовок. Против 65 тысяч хорошо вооруженных и экипированных польских и петлюровских войск на Украине сражались лишь 20 тысяч бойцов 12-й и 14-й советских армий. Одновременно 79-тысячная польская армия начала наступление в Белоруссии. 26 апреля польские и петлюровские части взяли Коростень и Житомир, 27 апреля – Казатин, а 6 мая – Киев.

28 апреля 1920 года Политбюро одобрило план операции, представленный Главным командованием. Однако условия всеобщей разрухи затрудняли его исполнение. В мае решением Совета труда и обороны (СТО) Сталин был назначен председателем комиссии по снабжению Западного фронта одеждой и председателем комиссии по вопросу о снабжении армии патронами, винтовками, пулеметами по мерам усиления работы патронных и оружейных заводов. Вскоре он выступил с докладами на заседании СТО по этим вопросам, предлагая перечень мер для их незамедлительного решения.

26 мая 1920 года по решению ЦК Сталина направили на Юго-Западный фронт, и на следующий день он прибыл в штаб фронта, который проходил по всему югу и юго-западу Украины. Сначала Сталин занимался делами крымского участка Юго-Западного фронта и 29 мая сообщал Ленину о мерах, принятых для отпора белым войскам, окопавшимся в Крыму. 31 мая Сталиным была подписана директива о мерах по обороне Одессы. В начале июня он обсуждал в Кременчуге план действий Первой конной армии, которая была переброшена на польский фронт. 3 июня Сталин подписал директиву РВС Юго-Западного фронта о разгроме киевской группировки польских войск. В соответствии с этой директивой Красная Армия перешла в наступление. 7 июня Первая конная взяла Житомир, а 12 июня Киев был освобожден от поляков, и Сталин рапортовал Ленину об этой победе.

Однако в начале июня 1920 года войска генерала П.Н. Врангеля, удерживавшие Крым, перешли в наступление и заняли Северную Таврию. Возникла угроза удара белых войск в тыл Красной Армии, наступавшей на польском фронте. На это обратил внимание Сталин в своей беседе с корреспондентом «Правды», опубликованной в этой газете 11 июля. Он сказал: «Нужно помнить: пока Врангель имеет возможность угрожать нашим тылам, наши фронты будут хромать на обе ноги, наши успехи не могут быть прочными. Только с ликвидацией Врангеля можно считать нашу победу над польскими панами».

Несмотря на то, что в ходе первого наступления Красной Армии против войск Врангеля в июне–июле 1920 года ей не удалось выбить противника из Северной Таврии, угроза соединения врангелевцев с поляками была сорвана. Этому способствовало быстрое отступление поляков на запад под натиском Красной Армии. В июне–июле Красная Армия освободила западные области Украины и Белоруссии. 14 июля советские войска заняли Вильно, а 19 июля форсировали Неман и продолжили наступление на землях с преобладанием польского населения.

Развитие событий на польском фронте подтвердило правильность прогноза Сталина, который он изложил за день до своей командировки на Юго-Западный фронт на страницах «Правды» 25–26 мая 1920 года в статье «Новый поход Антанты на Россию». Сталин обращал внимание на ненадежность тыла польской армии по мере ее продвижения на восток: «Выдвигаясь за пределы Польши и углубляясь в прилегающие к Польше районы, польские войска удаляются от своего национального тыла, ослабляют связь с ним, попадают в чужую им и большей частью враждебную национальную среду. Хуже того. Враждебность эта усугубляется тем обстоятельством, что громадное большинство населения польских районов (Белоруссия, Литва, Россия, Украина) состоит из непольских крестьян, терпящих гнет польских помещиков... Этим, собственно, и объясняется, что лозунг советских войск «Долой польских панов!» находит мощный отклик среди большинства населения указанных районов, что крестьяне этих районов встречают советские войска как освободителей от помещичьего ярма, что они в ожидании советских войск восстают при первом удобном случае, нанося польским войскам удар с тыла».

Однако Сталин предупреждал об опасности продвижения Красной Армии вглубь Польши. Он замечал: «Тыл польских войск (здесь имелись в виду земли, населенные поляками. – Прим. авт.) является однородным и национально спаянным. Отсюда его единство и стойкость. Его преобладающее настроение – «чувство отчизны» – передается по многочисленным нитям польскому фронту, создавая в частях национальную спайку и твердость. Отсюда стойкость польской армии».

Сталин постоянно выступал против попыток развивать наступление в областях, населенных главным образом поляками. 24 июня он говорил корреспонденту УкрРОСТА: «Не надо забывать, что у поляков имеются резервы, которые уже подтянуты к Новгород-Волынскому и действия которых, несомненно, скажутся на днях». Он обращал внимание на то, что Польша опиралась на помощь многих западных стран: «Мы воюем не только с поляками, но и со всей Антантой, мобилизовавшей все черные силы Германии, Австрии, Румынии, снабжающей поляков всеми видами довольствия». Поэтому он считал, что «впереди еще будут бои, и бои жестокие». Сталин считал «неуместным то бахвальство и вредное для дела самодовольство, которое оказалось у некоторых товарищей: одни из них не довольствуются успехами на фронте и кричат о «марше на Варшаву», другие, не довольствуясь обороной нашей Республики от вражеского нападения, горделиво заявляют, что они могут помириться лишь на «красной советской Варшаве». Эти оценки и прогнозы Сталина полностью подтвердились после того, как Красная Армия вошла на территорию, населенную главным образом поляками.

В Польше была объявлена мобилизация всех возрастов и начался набор в армию добровольцев. В течение июля в польскую армию пришли 573 тысячи мобилизованных и 160 тысяч добровольцев. Правительство Польши предпринимало усилия для расширения своей социальной и политической поддержки. В середине июля был объявлен земельный закон об ограничении помещичьих имений и льготах крестьянским хозяйствам, а 24 июля было сформировано «рабоче-крестьянское» правительство Витоса–Дашинского с участием социалистов. 21 июля премьер-министр Великобритании Ллойд-Джордж заявил, что «Франция и Англия могут предоставить все необходимое для организации польских сил».

Эти события были проигнорированы руководством Красной Армии, исходившим из неизбежности скорой победы над польскими войсками и быстрого продвижения в страны Западной Европы, где ожидались революционные восстания. 14 августа последовал приказ Троцкого, открывавшийся словами: «Герои, на Варшаву!»

В этот день, 14 августа, польские войска нанесли контрудар по двум армиям Западного фронта. Началось отступление Красной Армии по всему фронту. Троцкий винил в поражении Сталина. В своих воспоминаниях он обвинял в «катастрофе под Варшавой» «поведение командования южной группы советских войск с направлением на Львов». Он утверждал, что Сталин затянул переброску Первой конной в распоряжение красных войск, наступавших на Варшаву.

Сталин доказывал лживость этих обвинений, отмечая, что приказ о передислокации Первой конной, сражавшейся у Львова, пришел слишком поздно. И все же обвинения, выдвинутые против него Троцким и его сторонниками, видимо, убедили руководство страны. Сталин был отозван с Юго-Западного фронта, а вскоре Политбюро удовлетворило его просьбу об освобождении от обязанностей члена РВС этого фронта. Троцкий мог торжествовать по поводу поражения своего политического противника.

В октябре 1920 года Советская Россия подписала мир с Польшей на гораздо менее выгодных условиях, чем те, что предлагались поляками в июле. Прекращение военных действий с Польшей позволило Советскому командованию перебросить войска на юг, и вскоре Крым, оборонявшийся войсками Врангеля, был взят. Гражданская война была в основном завершена, если не считать затянувшихся до конца 1922 года боевых действий на Дальнем Востоке.

Уроки Гражданской войны

Гражданская война стала важным этапом в жизни Сталина. С 1918 по 1920 год он проехал по фронтам, совершив за два с половиной года полный оборот против часовой стрелки по этому огненному кольцу. В ходе своего пребывания на фронтах он учился планировать боевые операции, обеспечивать службу тыла и создание резервов, руководить обороной и наступлением. Его заслуги были отмечены не только государственной наградой, но и назначением в высшие органы управления обороны Советской страны.

Сталин постарался извлечь из обретенного опыта максимум поучительного для своей последующей деятельности. Он обобщил этот опыт в работе «К вопросу о стратегии и тактике русских коммунистов», написанной им весной 1923 года. Основой для этой статьи послужили лекции с таким же названием, прочитанные в рабочем клубе Пресненского района и во фракции коммунистов Свердловского университета. Появлению этой работы и этого цикла лекций предшествовала работа Сталина в июле 1921 года над брошюрой «О политической стратегии и тактике русских коммунистов», которая так и не была завершена, хотя сохранился «Набросок плана брошюры», опубликованный впервые в 1947 году.

В этих работах и лекциях Сталин постарался соединить свои знания, полученные им в «школе революционного ученичества» с опытом Гражданской войны. Это проявилось в сравнении им примеров различных боевых операций 1918–1920 годов с политическими действиями партии в дооктябрьский период. В своей статье «К вопросу о стратегии и тактике» Сталин сравнивал выбор РСДРП политического курса в первые годы своего существования с выбором направления главного удара по войскам Деникина. Он иллюстрировал положение о тактическом успехе в политике напоминанием о том, как «успехи нашей кавалерии под Воронежем и пехоты под Орлом создали обстановку, благоприятную для удара под Ростовым». Он доказывал гибельность для кампании тактического успеха, если он не соответствует стратегическим возможностям, указав на увлечение Деникина прорывом к Москве осенью 1919 года и попытку Красной Армии решить «непосильную задачу прорыва в Европу через Варшаву».

Сталин увидел в теории и практике войны методы, которые в наибольшей степени применимы для политической жизни в ХХ веке, когда войны стали важнейшим фактором в жизни человечества. Политическая деятельность виделась Сталину как подготовка и осуществление боевых операций. Он утверждал, что политическая стратегия «намечает... схему расположения сил пролетариата и его союзников на социальном фронте (общая дислокация)... Стратегия меняется в моменты исторических поворотов, переломов, она обнимает период от одного поворота (перелома) до другого, поэтому она направляет движение к известной общей цели, обнимающей интересы пролетариата за весь этот период, она добивается того, чтобы выиграть войну между классами, наполняющую весь этот период, ввиду чего она остается за этот период без изменений».

Политическая тактика, по определению Сталина, «намечает такие конкретные пути завоевания широких масс на сторону ревпролетариата и подвода их к боевым позициям на социальном фронте... которые вернее всего подготовляют успех стратегии... Тактика, обнимая не всю войну, а только отдельные ее сражения, ведущие к выигрышу или проигрышу войны, меняется (может меняться) несколько раз в течение стратегического периода... Задача тактики состоит в том, чтобы так повести массы на борьбу, дать такие лозунги, так подвести массы к новым позициям, чтобы борьба дала в сумме выигрыш войны, то есть стратегический успех». Военный опыт научил Сталина методике выбора наиболее удачных вариантов достижения стратегической цели с учетом объективных условий.

Останавливаясь же на «формах организации», Сталин замечал: «Задача военного искусства состоит в том, чтобы обеспечить за собой все роды войск, довести их до совершенства и умело сочетать их действия. То же самое можно сказать о формах организации в политической области. Здесь, так же как и в военной области, формы организации приспособляются к формам борьбы». Говоря о значении лозунга и директив, Сталин писал: «Удачно формулированные решения, отражающие цели войны или отдельного сражения, популярные в войсках, имеют иногда решающее значение на фронте, как средство вдохновить армию к действию, поддержать дух и пр. Соответствующие приказы, лозунги или воззвания к войскам имеют для всего хода войны столь же важное значение, как первоклассная тяжелая артиллерия или первоклассные быстроходные танки. Еще большее значение имеют лозунги в политической области, где приходится иметь дело с десятками и сотнями миллионов населения с их разнообразными требованиями и потребностями».

Приобщившись к основам военного искусства, Сталин сумел выработать ряд положений о политической стратегии и тактике, которые затем вошли в его работу «Об основах ленинизма»: сосредоточение главных сил в решающий момент на наиболее уязвимом для противника пункте; выбор момента решающего удара; неуклонное проведение уже принятого курса через все и всякие затруднения; маневрирование резервами, «рассчитанное на правильное отступление, когда враг силен, когда отступление неизбежно»; выдвижение на первый план именно тех форм борьбы и организации, которые более всего соответствуют конкретной обстановке; «нахождение в каждый данный момент того особого звена в цепи процессов, ухватившись за которое можно будет удержать всю цепь и подготовить условия для достижения стратегического успеха».

Уроки, извлеченные Сталиным из опыта Гражданской войны, сыграли важную роль в его становлении как одного из главных руководителей партии. Эти уроки помогли ему лучше анализировать политическую обстановку и находить решения, отвечающие реальным возможностям. 

Юрий Емельянов


Вы можете обсудить этот материал на наших страницах в социальных сетях