Нерадостные перспективы. Цена здоровья растет


У нас отменили максимальную надбавку на цену медицинских изделий. Ранее она не должна была превышать 10 процентов. За это давно боролся бизнес, потому что вопрос касается государственных тендеров. Не надо путать «изделия» с препаратами. Это разное: костыли и таблетки. По тем лекарствам, которые входят в Нацперечень, ограничение цен еще сохранилось, по остальным рост достигает 20 процентов. А с повышением коммунальных услуг будет еще выше. Супрун удивляется, что в больницах не все бесплатно, и обещает к 2020 году вопрос решить. Доживем – проверим...

Об отмене госрегулирования цены медицинских изделий, полностью или частично закупаемых за счет бюджета (о бюджете – это ключевое. – Авт.), журналистам сообщил первый вице-премьер и министр экономического развития и торговли Степан Кубив.

По его словам, «Министерство здравоохранения исследовало вопрос механизма государственного ценового регулирования медицинских изделий в странах-членах ЕС и не выявило никаких инструментов государственного ценового регулирования на медицинские изделия, закупаемые за бюджетные средства. Отмена этой нормы позволит ввести рыночные механизмы ценообразования на медицинское оборудование и устранит дефицит качественного оборудования на рынке».

«Рыночных механизмов» активно добивалась Европейская Бизнес-ассоциация (ЕБА) еще с мая прошлого года. И под влиянием медицинского бизнес-лобби эта структура задолбала всех «наценочным» вопросом.

Организация регулярно напоминала, что 31 мая 2018 года МЭРТ провело совещание об отмене 10-процентной предельной снабженческо-сбытовой надбавки на медицинские изделия. Позицию МЭРТ поддержали Министерство здравоохранения, Минфин, АМКУ, а также профильное сообщество и Государственная регуляторная служба.

Но... Процесс пошел нелегко. Госпотребслужба и Минагропрод затягивали согласование проекта постановления правительства несколько месяцев. Страшно сказать, но проект поступил на согласование в Госпотребслужбу еще в августе 2018 года, а в Минагропрод – в сентябре. И почти до конца прошлого года эти два ведомства, которые не являются непосредственно ответственными за контроль или регулирование рынка медицинских изделий, мусолили свое решение. Какие бяки!

Наверное, другие лоббистские бизнес-структуры пытались помешать повышению цен на госзакупки медицинских изделий и подчеркивали, что из-за высоких цен рынок и так (цитата из одной аналитической записки) «насыщается бывшим в употреблении или даже контрабандным медицинским оборудованием, которое нелегально завозится в Украину и остается в клиниках без дальнейшей надлежащей технической поддержки и сопроводительного сервиса».

Понимаю страх бюджетных и прочих организаций, которым надо закупать, скажем, горшки, костыли, инвалидные коляски или аппараты МРТ. Они хорошо помнят, что после отмены госрегулирования цен на социально значимые товары большинство продуктов питания в течение года подорожали на 30-40 процентов.

Возможно, наивные, ждали от правительства какого-то другого решения? Например, ограничения надбавки на более высокой отметке. Скажем, на 15 процентов. На препараты, входящие в Национальный перечень основных лекарственных средств, правительство с 2017 года установило максимальную оптовую надбавку 5 процентов и розничную на уровне 15 процентов. Теоретически можно было бы сравнять лекарства и медицинские товары и ограничить закупки прибыльностью в 15 процентов.

Но мы не ищем легких и дешевых путей. Еще раньше Минздравом установлено референтное ценообразование по действующему веществу в зависимости от стоимости препаратов в пяти соседних странах – Польше, Словакии, Венгрии, Чехии и Латвии.

Интересно, а установить ценообразование по паритету покупательной способности в Украине и Польше никто не додумался? Чтобы сравнить уровень зарплат и цены на лекарства.

Тогда, наверное, не пришлось бы с удивлением констатировать, как это сделал замминистра здравоохранения Роман Илык, что в 2018 году цены на некоторые препараты из Нацперечня существенно выросли. «Бизнес в лице производителя не хочет ответственно относиться к новой политике», – признал он.

Ух, какой бизнес вредный! Ничего, что цель любого бизнеса – прибыль. И власти не надо жаловаться, что коммерческий сектор действует по своему плану. Пытается заработать. В результате, по подсчетам «РБК-Украина», в 2018 году средняя стоимость одной упаковки лекарств в украинских аптеках выросла по сравнению с 2017 годом почти на 19 процентов – до 65,1 гривны.

Подчеркиваю: это «средняя температура по палате». Одни лекарства подорожали больше, другие меньше. Последнее относится к препаратам, внесенным в Национальный перечень основных лекарственных средств, цены на которые регулируются.

В новом году в связи с ростом коммунальных тарифов отдельные поставщики заложили в контрактах с аптеками подорожание медикаментов еще на 20 процентов. Эксперты объясняют это двумя основными факторами – колебанием гривны к иностранным валютам и повышением составляющих себестоимости лекарств, в первую очередь, энергоносителей и зарплат.

В общем, инфляция раскручивает цены. Минздрав в лице и.о. главы Ульяны Супрун делает удивленное лицо. И заявляет ее устами, что «самые распространенные жалобы, которые получает Минздрав, о том, что цены на лекарства в аптеках очень высокие». Правда, странно?

Но, глядя на цену, считает пани Ульяна, важно помнить, что лекарства самостоятельно назначать себе нельзя. Нужно консультироваться с врачом, а не искать советы, к примеру, у фармацевтов или просто в интернете.

Именно потому возникла идея запретить продажу антибиотиков без рецепта. Ну чтобы к семейным врачам обращались в рамках медреформы, а не сами себе назначали. Правда, есть риск, что врач из поликлиники с 30-летним опытом лечения ОРВИ и отита выпишет вам так называемый «фуфломицин» – лекарства, которые Супрун не признает в рамках «американской доказательной медицины». А вы, в свою очередь, не сможете лечащего врача убедить, что это вам не помогает.

Тогда можно и в больницу загреметь на стационарное лечение, где, по словам Супрун, большинство лекарств не являются платными. Или сравнительно дешевыми – с регулируемой наценкой к оптовой цене 10 процентов и розничной – 25 процентов. Правда, это препараты из Национального перечня. Их всего около 400, самых популярных. Остальные не в счет.

Но даже в таком контексте утверждение и.о. министра странное. Создается впечатление, что Супрун в наших больницах не лежала и реальной картины не знает. И ее рассуждения на тему «четко зафиксированной цены на лекарства» из Нацперечня разбиваются о реалии.

Все, кто оказывался в больнице, знают: даже шприцы и физраствор платные. Не говоря, уже о памперсах для лежачих (впрочем, это «изделия медназначения», на которые только что отменили надбавку) и дорогостоящих редких препаратах.

Возможно, так получается потому, что закупками лекарств для Украины занимаются международные организации. У них высокие зарплаты и представительские расходы, и все это ложится в цену препаратов.

А вот с 2020 года полноценно проводить закупки за средства госбюджета сможет ГП «Медицинские закупки Украины», созданное постановлением Кабмина от 23 августа 2017 года №528 в рамках обновления концепции системы закупок лекарственных средств и медицинских изделий.

ГП будет покупать за средства госбюджета патентованные дорогостоящие лекарства, препараты по стратегическим программам (вакцины, инфекционные заболевания), а также работать с рынком по снижению цен, объединяя местные закупки. И даже будет иметь свой онлайн-магазин в системе ProZorro. В результате этих мер в 2020 году может начаться удешевление лекарств в наших аптеках.

Это прекрасная новость. Наша главная задача – дожить до этих славных дней. В условиях медреформы, эпидемии кори, запрета безрецептурных антибиотиков, трансформации услуг «Скорой помощи», отмены надбавки на медизделия и т.д. это непросто.

Но кто доживет, должен увидеть прогресс.

Галина Акимова


Вы можете обсудить этот материал на наших страницах в социальных сетях