Неприбыльное лакейство


Что там, за ветхой занавеской тьмы? –

В гаданиях запутались умы.

Когда же с треском рухнет занавеска,

Увидим все, как ошибались мы.

Омар Хайям.

В первые дни нового года любой, мне кажется, здравомыслящий человек, живущий что в Украине, что на Украине, задает себе совсем не риторический вопрос о будущем страны: а дальше-то что!?

Не удивляйтесь, соотечественники, но почти такой же вопрос почти две тысячи лет тому назад, если судить по Евангелию, задал апостол Петр Иисусу Христу во время Тайной вечери. Quo vadis, Domine? «Камо грядеши?» – на старорусском. «Куда Ты идешь, Господи?» – говорят на современном русском языке.

Если кто-то не помнит, напомню ответ Иисуса: «Я иду в Рим на второе распятие».

Поздние толкователи Евангелия затушировали и смягчили этот страшный ответ. Придумали даже «переносный смысл»:  «Камо грядеши?» является предложением (в форме вопроса) задуматься, правильно ли человек живет, туда ли идет в своей жизни, верны ли его жизненные цели, ценности.

Однако я склонен верить Христу, а не толкователям:
– Камо грядеши? – На распятие.

Вот ведь в чем гвоздь вопроса «Камо грядеши?» – в правде. А правда такова – мы не в древнем Риме времен императора Нерона, практиковавшего для первохристиан исключительно распятие, то есть медленное умирание на кресте под палящим солнцем. Мы попали в куда как худшие условия – в эпоху бессмысленного и беспощадного капитализма. Вдумайтесь в эту простейшую фразу: капитализм мыслит исключительно категориями большого бизнеса, в котором политика является лишь инструментом извлечения прибыли.

Вот она, правда, очищенная от словесной мути. Извлечение прибыли любой ценой. И сразу возвращается больной вопрос: а дальше-то что?

Включим элементарную логику: завоеван весь мир, все уцелевшее население превращено в рабов, извлечена вся прибыль… А дальше-то что!? Только вырождение и вымирание всех. И тех, кто прибыль извлек, и тех, из кого прибыль извлекали, и планеты, которая тоже стала не обителью человечества, а главным источником прибыли и вожделенной целью воров, возомнивших себя равными Богу.

Вернемся, однако, от глобального к частному. Я вот смотрю на сегодняшнюю территорию, названную Украиной, и мучат меня два почти риторических вопроса. Один: когда они нажрутся? И второй: за что США так полюбили Украину?

На первый отвечаю категорично – НИКОГДА они не нажрутся. Богатство есть разновидность неизлечимой болезни. Что-то вроде внеземного рака, пустившего метастазы в мозги человечества. Христианство, по сути, было попыткой лечения. «Не собирайте себе сокровищ на земле…  Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам». Не приложилось. И вряд ли приложится. Попытка оказалась безуспешной. Попробовали еще лечить революциями, гильотиной и расстрелами. Опять не приложилось. Одна надежда, что человечество до сих пор в поиске. Надежда зыбкая, хрупкая, но все же надежда…

Ответ на второй вопрос попроще и понятнее. Все дело в истоках и практике украинского национализма, правильно угаданного аналитиками США как продукт убого хуторского сознания. Уникальность украинского национализма, в отличие от классического национализма, в его лакейской неприкрытой сути. Украинский национализм, потеряв хозяина (польского, австрийского, немецкого), не ставит себе задач строить государство, пусть даже унитарно-этническое, а сразу ищет себе другого хозяина. Стремление генетических рабов в поиске рабов для себя. Такая себе понятная связка: хозяин (пан, господин) – дворня – безответный крепостной раб. Первое, что делает лакей, приспосабливает окружающую среду под себя. Города превращаются в большие хутора, образование зачищается до уровня церковно-приходских школ.

Почему у украинского националиста такая ненависть к «совку» и русским? Потому что «совок» давал достойную жизнь, достойное образование, достойных людей, с которыми бывшие русские не могут конкурировать. По этой причине, даже те, кто и ныне не отказался называться русским и не смирился с торжеством хуторянского лакейства и с образом жизни домашней скотины, националисту хуже, чем кость в горле.

Но есть и утешительные нотки. Неконкурентоспособные образования отмирают быстро. И это Закон Природы, изменить который никто не в силах.

Евгений Коротков


Вы можете обсудить этот материал на наших страницах в социальных сетях